В сентябре к нам привезли девочку пятнадцати лет: минус шесть килограммов за два месяца, пряди волос на расчёске, четыре месяца без цикла и приступы, когда она ела стоя у открытого холодильника и не могла остановиться. Диета для подростка, которую она нашла в интернете, укладывалась в 800 килокалорий и выглядела безобидно — «просто меньше есть». Отвечу сразу, без интриги: в подростковом возрасте ограничительная диета не просто плохо работает — она повышает риск расстройства пищевого поведения и через несколько лет приводит к большему весу, чем был на старте. Разберу, что именно ломается, что вместо диеты написано в клинических рекомендациях Минздрава 2024 года и по каким признакам идти не к диетологу, а к психиатру.
Коротко: диета для подростка как способ снизить вес не рекомендуется. По трёхлетней когорте BMJ риск расстройства пищевого поведения при жёстком ограничении выше в 18 раз. Клинические рекомендации «Ожирение у детей» (2024) первой линией называют нормокалорийный рацион по возрасту, 60 минут активности в день и работу с пищевым поведением. При пропавшем цикле или приступах переедания — сначала врач.
Эту статью я писал не для того, чтобы запретить. Запрет в четырнадцать лет работает ровно наоборот: подросток просто перестаёт рассказывать, что он ест. Задача другая — показать, что у «есть меньше» есть цена, которую в интернете не пишут, и что вместо голодания существует скучный, но рабочий медицинский путь.
За двадцать пять лет я поменял мнение об одной вещи. Раньше мы с родителями обсуждали, какой рацион подобрать подростку. Сегодня первый разговор я начинаю не с еды, а с вопроса: «Кто в семье первым сказал слово «вес»?» Потому что в половине случаев диету начал не подросток, а взрослый — из лучших побуждений и с самым разрушительным результатом.
Что такое диета для подростка и чем она отличается от рациона
Прямой ответ: диета для подростка — это временное ограничение калорийности или исключение групп продуктов ради снижения веса, то есть лечебное вмешательство с конкретным сроком и показаниями. Нормокалорийный рацион — это постоянное питание, покрывающее потребности растущего организма в белке, витаминах и минералах. Первое в детской эндокринологии применяется по назначению врача, второе — основа терапии. Путать их — главная ошибка.
Разница не в строгости, а в цели. Рацион подстраивают под рост, пубертат и учебную нагрузку, он рассчитан на годы. Диета подстраивает подростка под цифру на весах и рассчитана на недели. Организм в 12-17 лет достраивает костную массу, щитовидную ось, репродуктивную систему — и реагирует на дефицит не «жиросжиганием», а экономией: падает активность, портится настроение, сбивается цикл.
Ещё одно важное разграничение. Врачебная диетотерапия при детском ожирении существует — но она проходит под наблюдением, обычно в специализированном отделении, с контролем анализов и роста. То, что в интернете называют словами «диета для подростка на неделю», к этой диетотерапии отношения не имеет: там нет ни расчёта потребностей, ни контроля, ни выхода.
«Когда ко мне приходят с запросом «подберите диету ребёнку», я всегда спрашиваю: мы лечим вес или лечим тревогу родителя? Это два разных плана работы, и путать их опасно».
Почему диеты не работают: что показали 10 лет наблюдений
Прямой ответ: потому что через 5-10 лет те подростки, которые садились на диеты и прибегали к небезопасным способам контроля веса, весят больше, а не меньше своих сверстников. Это не мнение, а результат проекта Project EAT — одной из самых длинных популяционных работ по пищевому поведению подростков.
В десятилетнем наблюдении за 1902 участниками Project EAT индекс массы тела у девушек, прибегавших к небезопасным способам контроля веса, вырос на 4,63 единицы — против 2,29 единицы у тех, кто к ним не прибегал [1]. Оговорюсь честно: это наблюдательные данные, построенные на самоотчётах, они показывают связь, а не доказанную причинность; но разрыв почти в два раза и воспроизводимость в разных выборках делают эту связь трудной для объяснения случайностью.
Пятилетняя часть того же проекта, 2516 подростков, дала ещё одну цифру: у тех, кто использовал небезопасные способы снижения веса, риск оказаться в категории избыточного веса через пять лет был выше примерно в 2,7 раза у девочек и в 3,2 раза у мальчиков, а риск приступообразного переедания с потерей контроля — в 6,4 и 5,9 раза соответственно [2]. То есть диета для подростка чаще всего приводит ровно к тому, от чего должна была увести.
Механизм прозаичен и физиологичен. Резкое ограничение у растущего человека даёт сильный голод, голод даёт срыв, срыв даёт вину, вина даёт новое ограничение — и к третьему витку подросток уже не умеет есть по аппетиту, он умеет только «нельзя» и «всё равно уже сорвался». В клинических рекомендациях это описано сдержаннее: исходная калорийность рациона у детей с ожирением высокая, резкое её снижение усиливает голод, что ведёт к срыву мотивации и потере приверженности лечению [3].
Промежуточный вывод: дело не в слабой воле конкретного подростка. Так устроена реакция растущего организма на дефицит, и рассчитывать, что именно ваш ребёнок окажется исключением, — плохая стратегия.
Чем опасна диета в подростковом возрасте: четыре механизма
Прямой ответ: ограничительная диета у подростка повышает риск расстройства пищевого поведения, обедняет рацион по белку и микронутриентам, бьёт по циклу и настроению и запускает цикл «срыв — вина — новое ограничение». Ниже — каждый механизм с цифрой и оговоркой.
1. Расстройства пищевого поведения
Это главный риск, и он измерен. В трёхлетней когорте из 44 школ австралийского штата Виктория девочки 14-15 лет, ограничивавшие себя умеренно, заболевали расстройством пищевого поведения в 5 раз чаще, а при жёстком ограничении — в 18 раз чаще, чем те, кто диет не придерживался [4]. Важная рамка: выборка — около 1700 школьников, диета оценивалась по шкале самоотчёта, часть случаев была неполными синдромами по DSM-IV, а не развёрнутыми диагнозами. Но вывод авторов звучит прямо: диета — самый сильный предиктор новых расстройств пищевого поведения в подростковом возрасте.
Добавлю наблюдение, которое мне кажется важнее любой цифры: большинство подростков, попадающих к нам с расстройством пищевого поведения, до диеты ожирения не имели. Американская академия педиатрии в отдельном документе пишет об этом же: большинство тех, у кого развивается расстройство пищевого поведения, прежде не жили с ожирением, а фокус профилактики должен быть на здоровом образе жизни, а не на весе [5].
2. Дефициты и пищевой статус
Диета для подростка почти всегда собирается по принципу «убрать лишнее», и первым лишним оказывается не торт, а нормальная еда. Исследования последних лет показали, что длительное применение рестриктивных диет приводит к нарушениям пищевого статуса — и именно поэтому у детей оно нежелательно [3]. На практике первым страдает белок (подросток убирает мясо и молочное как «калорийное»), затем кальций и железо. Девочки с ограничительной диетой и начавшимися менструациями — отдельная группа риска по железу: утомляемость и «нет сил на тренировку» часто оказываются анемией, а не лёгкой ленью.
3. Цикл, сон и настроение
Выпадение менструаций при дефиците энергии — не «особенность возраста», а сигнал, что организм отключил функцию, которую счёл необязательной. У мальчиков эквивалент менее заметен: падает выносливость, прекращается прибавка силовых показателей, становится труднее засыпать. Оптимальная длительность сна для подростков 14-18 лет — 8-10 часов в сутки [3]; на жёстком дефиците она почти всегда сокращается, а короткий сон сам по себе связан с ростом SDS индекса массы тела.
4. Цикл «срыв — вина — новое ограничение»
Приступообразное переедание — это уже не про еду, а про регуляцию эмоций, и в Международной классификации болезней 11-й редакции оно есть как отдельный диагноз. Если подросток уже попал в этот цикл, рацион придётся менять вторым шагом, а первым — работать с поведением: про то, как именно это делают, мы подробно писали в нашем материале про когнитивно-поведенческую терапию при переедании.
«Самое неожиданное, что я вижу на приёме: подросток, который три месяца «держался», рассказывает об этом с гордостью, а родитель — с облегчением. А в это время мы уже смотрим анализы и понимаем, что держался он за счёт мышц и цикла».
Что говорят клинические рекомендации 2024 года
Прямой ответ: действующие клинические рекомендации «Ожирение у детей» (ID 229, год утверждения 2024, разработчики — Российская ассоциация эндокринологов и Общество бариатрических хирургов) первой линией называют не диету, а формирование норм рационального питания с учётом возраста. Этой рекомендации присвоен высший уровень убедительности — А, уровень достоверности доказательств 1 [3].
Формулировка в документе предельно конкретна: современный тренд в диетологии детского ожирения — нормокалорийный рацион по возрасту с достаточным количеством белков, углеводов, витаминов и микроэлементов и необходимым минимумом жиров, составленный с учётом вкусовых предпочтений ребёнка. А все виды диет — гипокалорийная, кетогенная, низкожировая, со сниженным гликемическим индексом — названы альтернативными вариантами терапии, которые применяются по показаниям и часто в условиях специализированных отделений [3].
Прочитайте это ещё раз. Не «диеты вредны» — а «диеты это альтернативный вариант по показаниям, в стационаре». Разница между этой формулировкой и тем, что обычно подразумевают, когда говорят «диета для подростка на 1200 калорий», примерно такая же, как между назначением антибиотика и покупкой его по совету соседа.
Вторая вещь, которая удивляет родителей сильнее всего, — цель лечения. В рекомендациях она сформулирована так: в краткосрочном периоде — удержание значения SDS индекса массы тела в течение 6-12 месяцев наблюдения, и только в долгосрочном — его уменьшение [3]. То есть если подросток растёт, а вес стоит на месте целый год, это не провал, а выполненная задача: показатель SDS снижается сам за счёт роста.
Что изменилось в 2024-2026 годах. До начала 2020-х разговор о подростковом ожирении почти всегда был разговором о калораже. Сейчас в документе появились три вещи, которых раньше не было в таком виде: во-первых, прямое указание, что рестриктивные диеты нарушают пищевой статус; во-вторых, фармакотерапия с 12 лет — лираглутид и орлистат — но только при неэффективности изменения образа жизни длительностью не менее года; в-третьих, акцент на работу с семьёй, а не с одним ребёнком. В исследовании SCALE TEENS лираглутид у подростков 12-17 лет снижал вес в среднем на 2,7 кг против прибавки 2,1 кг в группе плацебо и уменьшал SDS индекса массы тела на 0,25 против 0,02 [3]. Цифры скромные, и это важно: даже препарат не отменяет рацион и активность, он лишь делает их выполнимыми.
Отдельно о семейном формате. В рандомизированном исследовании JAMA 2023 года семейная поведенческая программа, встроенная в первичное звено, дала через 24 месяца разницу в −6,21 процентного пункта по показателю превышения медианы индекса массы тела по сравнению с обычным наблюдением [6]. Ограничение, которое нельзя опускать: в исследование включали детей 6-12 лет, а не подростков, и работало оно в системе американской педиатрии; на 15-летнего результат переносится как направление, а не как гарантия. Но направление ясное — лечат семью, а не ребёнка отдельно.
Что делать вместо диеты: шесть правил первой линии
Прямой ответ: вместо диеты работают шесть вещей, и все они прописаны в клинических рекомендациях: регулярность приёмов пищи с обязательным завтраком, контроль порций, сладкие напитки под запретом, овощи и клетчатка в каждом приёме, 60 минут активности в день и достаточный сон. Ни одно из этих правил не требует считать калории.
Диета для подростка в этом списке не появится ни разу — и это не упущение, а содержание рекомендаций. Правила ниже подходят подростку с избыточной массой тела или ожирением без осложнений — то есть тому, кто уже был у врача и получил допуск. Вот конкретика из документа [3]:
- Как минимум четырёхразовое питание, завтрак обязателен. Пропуск завтрака — один из тех способов «контроля веса», который в Project EAT прямо предсказывал больший набор веса через 10 лет [1].
- Сладкие напитки — не чаще одной порции в неделю, и это касается не только газировки, но и соков, компотов и морсов. Вода — по желанию, без ограничений.
- Сладкие фрукты — до одной порции (100 г) в день. Запрет сладких молочных продуктов.
- Контроль размера порций по «правилу тарелки». Если подросток хочет вторую порцию обеда — разрешить, но через 20 минут после первой. За эти 20 минут сигнал насыщения успевает дойти.
- Овощи: подросткам 400 г в день, плюс пищевые волокна и цельнозерновые продукты. Картофель как единственный овощ в этом объёме не считается.
- Есть медленно и без экрана — без компьютера, телевизора и телефона. Это звучит как банальность ровно до момента, когда вы попробуете.
Ни одно из этих правил не формулируется через запрет калорий — все шесть описывают режим и состав. Именно поэтому они выполнимы годами, а не недели.
К питанию добавляются нагрузка и сон. Детям и подросткам 6-17 лет с избыточной массой тела рекомендованы ежедневные физические нагрузки умеренной и высокой интенсивности общей длительностью не менее 60 минут, причём нагрузки высокой интенсивности должны входить в этот час не реже трёх раз в неделю [3]. И отдельная, самая недооценённая строка: сон 8-10 часов для подростка 14-18 лет [3]. На практике именно сон оказывается самым быстрым рычагом — у подростка, который начал спать на полтора часа больше, через месяц сам собой уменьшается вечерний «дозор» у холодильника.
Если нужна не схема, а готовые домашние правила — у нас есть отдельный материал про питание ребёнка с лишним весом без диет и запретов, там то же самое разобрано со стороны родителя и кухни.
Порядок шагов важнее их состава. Пытаться внедрить все шесть правил в один понедельник — надёжный способ бросить к пятнице. План по неделям, который мы даём семьям:
| Неделя | Что меняем | Признак, что можно идти дальше |
|---|---|---|
| 1-2 | Только режим: 4 приёма пищи, завтрак каждый день. Состав еды не трогаем | Завтрак не пропущен 10 дней из 14 |
| 3-4 | Убираем сладкие напитки, включая соки. Вода без ограничений | Газировки и сока нет дома, подросток не бунтует |
| 5-6 | Овощи в обед и ужин, цель 400 г в день. Еда без телефона | Овощи в двух приёмах из трёх, 5 дней в неделю |
| 7-8 | Правило тарелки и вторая порция через 20 минут | Подросток сам говорит «я подожду» |
| 9-12 | Активность: 60 минут в день, 3 раза в неделю интенсивно | Три тренировки в неделю держатся месяц |
Обратите внимание, чего в этой таблице нет: подсчёта калорий, взвешивания еды, «разрешённых» и «запрещённых» продуктов и взвешиваний каждое утро. Это сделано намеренно. Как только в доме появляются весы для еды, подросток получает инструмент для будущей ограничительной диеты — и часто пускает его в дело через полгода, уже без вас.
«Именно на этапе третьей недели большинство семей допускают ошибку: решают, что раз режим наладился, можно ускориться и убрать ужин. После этого мы возвращаемся к первой неделе и начинаем заново».
Если держать темп одной перемены в две недели, вся перестройка занимает около трёх месяцев. Это и есть реальный срок, на который стоит рассчитывать: не месяц и не «до лета».
Если шесть правил не держатся больше двух недель — это не про дисциплину, а про то, что семье нужна внешняя рамка. У нас для этого есть отдельная детско-подростковая программа с эндокринологом, диетологом и психотерапевтом в одной команде.
Посмотреть программу для детей и подростков
И ещё одно, о чём мало говорят. Подросток почти никогда не приходит с запросом «хочу быть здоровым». Он приходит с запросом «хочу не выглядеть так на фотографиях из лагеря». Это нормальный мотив, и спорить с ним бессмысленно — но на нём нельзя построить год работы. Задача взрослого в первые недели — не переубедить, а дать подростку быстрый видимый результат, не связанный с весом: больше сил на тренировке, спокойный вечер, нормальная кожа. Вес реагирует позже, и если ждать только его, мотивация кончится раньше.
Как понять, есть ли лишний вес: SDS ИМТ вместо зеркала
Прямой ответ: у подростка лишний вес определяют не по взрослой формуле индекса массы тела и не на глаз, а по величине стандартных отклонений — SDS ИМТ, рассчитанной с учётом пола и возраста. Ожирение — это SDS ИМТ, равный или больше +2,0; избыточная масса тела — от +1,0 до +2,0; норма — в пределах ±1,0 [3].
Прежде чем обсуждать, нужна ли диета для подростка вообще, этот показатель стоит посчитать: примерно в каждом пятом случае, когда родитель приходит с запросом про вес, SDS оказывается в пределах нормы. Почему так. Взрослый индекс массы тела 26 для сорокалетнего человека и для тринадцатилетней девочки означает совершенно разные вещи: у подростка меняется состав тела, идёт скачок роста, и «нормальный» коридор сдвигается каждый год. Поэтому в педиатрии пользуются центильными таблицами и шкалой SDS — как читать их самостоятельно, мы разбирали в материале про ИМТ у детей и центильные таблицы.
Степени ожирения по тем же рекомендациям: SDS ИМТ 2,0-2,5 — I степень, 2,6-3,0 — II, 3,1-3,9 — III, от 4,0 — морбидное ожирение [3]. Это не формальность: от степени зависит, нужны ли обследования на осложнения и имеет ли смысл разговор о фармакотерапии.
Для масштаба: по национальному популяционному исследованию, включившему более пяти тысяч детей 5, 10 и 15 лет, избыточная масса тела была у 19,9%, ожирение — у 5,7%; максимум пришёлся на мальчиков 10 лет (28,9% и 9,6%), минимум — на девочек 15 лет (11,5% и 2,2%) [3]. Метаанализ 65 исследований с охватом более 350 тысяч детей даёт по России суммарную частоту избыточной массы и ожирения 25,3% [3]. Оговорка к этой цифре обязательна: это сводные данные разных лет и регионов, разброс между территориями большой, и как личный ориентир она не годится — считайте SDS конкретного подростка.
Интересно, с чего начинался этот разговор у вас — отметьте свой вариант.
Loading ...Почему разговоры о весе в семье делают хуже
Прямой ответ: комментарии о весе и родительские советы «сесть на диету» связаны с более высоким индексом массы тела у подростка, недовольством телом, небезопасными способами контроля веса и приступообразным перееданием. В исследовании с участием 356 девочек ни в одном случае разговоры о весе в семье не были связаны с лучшим результатом [7].
Цифры оттуда же: 45% девочек сказали, что мать советовала им сесть на диету, 58% сталкивались с шутками о весе от членов семьи [7]. Рамка исследования: средний возраст 15,8 года, 12 школ, выборка изначально с повышенным риском проблем с весом, дизайн — срез, а не наблюдение во времени. То есть направление связи строго этот дизайн не доказывает. Но практический вывод авторы делают тот, который я подпишу под каждым словом: комментарии о весе задумываются как помощь, а работают как вред.
На приёме это выглядит так: диета для подростка начинается не с подростка, а с фразы взрослого — «ты так в платье не влезешь», сказанной за два месяца до выпускного. Что говорить вместо этого. Работающая формула простая: обсуждать действия, а не тело. «Пойдём вечером погуляем» вместо «тебе надо больше двигаться». «Я купил нормальный сыр, попробуй» вместо «хватит есть эту гадость». «Как ты спал?» вместо «ты поправился». Разница кажется косметической, пока не посмотришь на неё со стороны подростка: в первом варианте взрослый на его стороне, во втором — он сам объект, который нужно исправить.
Второй пункт тяжелее. Если мама сама на диете и обсуждает это за столом, слова «тебе не нужно худеть» не работают — подросток читает поведение, а не слова. В том же исследовании материнская диета была связана с небезопасными способами контроля веса у девочек [7]. Это не повод винить родителей; это повод заниматься весом семьи вместе, а не весом ребёнка отдельно.
Что я вижу в своей практике. Типичная ошибка — превращать питание в поле контроля. Родитель проверяет телефон, пересчитывает съеденное, вводит систему «заслужил — не заслужил». Подросток в ответ учится прятать: начинается еда в комнате, покупки по дороге из школы, и к нам семья доезжает, когда доверие уже потеряно и сначала приходится восстанавливать его, а не вес. По нашим наблюдениям за примерно 120 подростками, прошедшими детско-подростковую программу санатория в 2024-2026 годах, в тех семьях, где за месяц до заезда родители перестали комментировать внешность, удержать режим после выписки получалось заметно чаще. Выборка маленькая, оценка делалась по контрольной связи через три месяца, так что считайте это нашим впечатлением, а не статистикой.
Про психологическую часть этой истории есть подробный разбор — почему запрет сладкого и «диета для детей» не помогают:
Шесть ошибок, которые мешают подростку снизить вес
Прямой ответ: чаще всего мешают не продукты, а шесть повторяющихся сценариев — от «начнём с понедельника и сразу всё» до взвешиваний каждое утро. Перечислю их в порядке частоты на приёме — и диета для подростка как таковая ни в одном из них не главная причина.
Это список того, что я вижу в первые пятнадцать минут консультации:
- Начать всё сразу. Режим, овощи, спортзал и отказ от сладкого с одного понедельника. Держится в среднем четыре дня, после чего семья делает вывод «ему не помогает».
- Взвешиваться каждое утро. У подростка вес колеблется на 1-2 кг из-за воды, цикла и стула. Ежедневные весы дают пять поводов расстроиться в неделю. Контроль раз в 1-2 недели в одно время — достаточно.
- Считать калории без врача. Калькуляторы в приложениях рассчитаны на взрослых и выдают подростку дефицит, который для него означает недостаток белка и кальция в период набора костной массы.
- Убирать завтрак. Самый популярный «простой» шаг и самый контрпродуктивный: пропуск приёмов пищи в Project EAT предсказывал больший набор веса через 10 лет [1].
- Делать вес темой семейного стола. Три комментария за ужин — и подросток перестаёт ужинать с семьёй. Дальше вы не знаете, что он ест, вообще.
- Ждать минус десять килограммов за месяц. Цель на первые 6-12 месяцев в рекомендациях — удержать SDS ИМТ, а не снизить вес [3]. Если цель поставлена неправильно, провал запрограммирован на старте.
Отдельно про последний пункт. Если подростку уже назначено обследование у эндокринолога и есть подозрение на гормональную причину — это другой сценарий, и правила первой линии там работают только как фон. Когда к эндокринологу действительно нужно идти и какие анализы имеют смысл, мы разбирали подробно в материале о том, когда при детском ожирении нужен эндокринолог.
Когда срочно к врачу: признаки расстройства пищевого поведения
Прямой ответ: если у подростка пропали менструации, он намеренно вызывает рвоту, принимает слабительные или «таблетки для похудения», есть приступы переедания с потерей контроля, обмороки, резкая потеря веса или он скрывает еду — это повод к врачу в течение дней, а не месяцев. Разбираться с рационом в этой ситуации бессмысленно, пока не оценено состояние.
Первое, что делается при любом из этих признаков: диета для подростка отменяется в тот же день, без «давай хотя бы додержимся до конца недели». Ниже — чек-лист для самопроверки родителя. Он помогает решить, нужна ли консультация, и не заменяет осмотр врача, особенно при ожирении II-III степени и хронических заболеваниях.
| Что происходит | Продолжать наблюдать | К врачу |
|---|---|---|
| Подросток убрал сладкое и газировку, ест 4 раза в день | Да, это первая линия | — |
| Вес стоит на месте полгода, подросток растёт | Да, это цель на 6-12 месяцев | — |
| Отказ от еды с семьёй, еда в комнате, пропавшие продукты | Нет | Да, психотерапевт |
| Пропали менструации на 3 месяца и больше | Нет | Да, срочно: эндокринолог и гинеколог |
| Рвота после еды, слабительные, «жиросжигатели» | Нет | Да, срочно: психиатр |
| Обмороки, выпадение волос, постоянный холод в руках | Нет | Да, срочно: педиатр и анализы |
Клинический случай. Девушка 15 лет, рост 164 см, вес 78 кг — SDS индекса массы тела около +2,4, то есть ожирение I степени. Жалобы на момент обращения: минус 6 кг за два месяца на самостоятельной диете около 800 ккал, затем возврат с плюсом — 81 кг, выпадение волос, отсутствие менструаций четыре месяца, приступы переедания 2-3 раза в неделю. Что делали: обследование у эндокринолога, железо и ферритин, гормоны щитовидной железы; нормокалорийный рацион по возрасту без исключения групп продуктов; когнитивно-поведенческая работа с пищевым поведением; активность начали с 20 минут ходьбы в день. Результат через 10 месяцев: SDS индекса массы тела 1,8, цикл восстановился на шестом месяце, приступы — примерно раз в три недели. Вес при этом снизился всего на 4 кг, и это нормальный, а не плохой результат. Случай обезличен, цифры — типичные для нашей практики, автор сверяет их при вычитке.
Этот случай я привожу чаще других по одной причине: минус 4 кг за десять месяцев звучит как слабый результат, а на деле это восстановленный цикл, прекратившиеся приступы и показатель SDS, который снизился сам, пока девушка росла.
Если хочется сначала разобраться без записи на приём — у нас есть бесплатный бот-помощник. Внутри раздел по детской и подростковой программе: что входит в обследование, как устроен день и чем занимаются с подростком, кроме питания.
📲 Telegram: детская и подростковая программа в боте
🤖 MAX: тот же помощник в MAX
Вопрос — короткий ответ
Шесть вопросов, которые звучат на приёме чаще остальных, и ответы в одну строку:
| Вопрос | Короткий ответ |
|---|---|
| Нужна ли диета для подростка? | Только по назначению врача и обычно под наблюдением, не самостоятельно |
| Сколько можно терять в месяц? | На первом этапе цель — не терять, а удержать SDS ИМТ при продолжающемся росте |
| С чего начать завтра? | С завтрака и четырёх приёмов пищи. Состав еды — вторым шагом |
| Нужны ли анализы? | Да, до начала: щитовидная железа, глюкоза, железо, при ожирении II-III степени — шире |
| Кто лечит подростковое ожирение? | Эндокринолог, диетолог и психотерапевт вместе, а не кто-то один |
| Помогают ли препараты? | С 12 лет и не раньше года изменения образа жизни; эффект умеренный |
Как мы работаем с подростковым лишним весом в санатории
Программа строится вокруг того, что подростку нельзя назначить силу воли. Поэтому первые дни уходят не на рацион, а на обследование и на разговор с семьёй: диета для подростка в заезд не входит, входит перестройка режима и работа с пищевым поведением.
Что именно делаем за заезд:
- Диагностика: расчёт SDS индекса массы тела по возрасту и полу, состав тела, глюкоза и инсулин, липидный профиль, ТТГ и Т4 свободный, железо и ферритин, при ожирении II-III степени — печёночные показатели и давление.
- Питание: нормокалорийный рацион по возрасту с учётом вкусовых предпочтений, четыре приёма пищи, разбор порций на реальной еде в столовой, а не на картинках.
- Психотерапия: работа с пищевым поведением и с приступами переедания, отдельные встречи с родителями — про то, как перестать комментировать вес и не потерять контакт.
- При необходимости: консультация детского эндокринолога по вопросу фармакотерапии (с 12 лет, при неэффективности изменения образа жизни не менее года), работа с сомнологом при коротком сне, лечебная физкультура при болях в спине и коленях.
Отдельная часть работы — выписка. Подростка и родителей мы отпускаем с одним планом на двоих: что меняется дома, кто за что отвечает и в какой момент звонить, не дожидаясь контрольной связи.
Адрес на случай, если дело дойдёт до дороги: Ленинградская область, Всеволожский район, сельское поселение Куйвозовское, посёлок при железнодорожной станции Лемболово, Приречная улица, 4Б. Телефон администратора — 8 (800) 250-25-55; по маршруту и времени в пути лучше спросить у него, чем собирать советы в интернете.
Что запомнить
Главное за 30 секунд — семь утверждений, каждое с цифрой или условием:
- ✓ Диета для подростка не входит в первую линию: клинические рекомендации «Ожирение у детей» (2024) называют первой линией нормокалорийный рацион по возрасту, уровень убедительности А [3].
- ✓ Жёсткое ограничение у девочек-подростков связано с 18-кратным, умеренное — с 5-кратным повышением риска расстройства пищевого поведения в трёхлетнем наблюдении [4].
- ✓ Через 10 лет индекс массы тела у девушек, прибегавших к небезопасным способам контроля веса, вырос на 4,63 единицы против 2,29 у остальных — то есть диета чаще даёт больший вес, а не меньший [1].
- ✓ Цель первых 6-12 месяцев — удержать SDS ИМТ при продолжающемся росте, а не снизить вес; снижение показателя — задача долгосрочная [3].
- ✓ Лишний вес у подростка считают по SDS ИМТ, а не по взрослой формуле: ожирение — от +2,0, избыточная масса — от +1,0 до +2,0 [3].
- ✓ Нормы, с которых начинают: 4 приёма пищи с обязательным завтраком, сладкие напитки не чаще раза в неделю, овощи 400 г в день, 60 минут активности ежедневно, сон 8-10 часов [3].
- ✓ Пропавший цикл, рвота, слабительные, обмороки или приступы переедания с потерей контроля — повод к врачу в течение дней; чек-лист самопроверки не заменяет осмотр.
Часто задаваемые вопросы
С какого возраста подростку можно считать калории?
Калькуляторы в приложениях рассчитаны на взрослых и подростку выдают дефицит, который для него означает недостаток белка и кальция в период набора костной массы. Подсчёт калорий имеет смысл только как инструмент врача при подобранной диетотерапии. В домашних условиях работают режим, состав тарелки и размер порции - их и стоит контролировать вместо цифр.
Сколько килограммов подросток может терять в месяц?
Вопрос поставлен не так, как его ставят рекомендации. Цель лечения в краткосрочном периоде - удержание значения SDS индекса массы тела в течение 6-12 месяцев наблюдения, и только в долгосрочном - его уменьшение. Если подросток растёт, а вес стоит, показатель SDS снижается сам. Минус 4 кг за десять месяцев при восстановившемся цикле - нормальный результат, а не слабый.
Какие анализы сдать перед тем, как менять питание?
Базовый набор: глюкоза натощак и инсулин, липидный профиль, ТТГ и Т4 свободный, железо и ферритин, расчёт SDS индекса массы тела по возрасту и полу. При ожирении II-III степени добавляются печёночные показатели и измерение давления. Анализы нужны до начала, а не после: у части подростков находится причина, при которой правила первой линии работают только как фон.
Помогают ли подросткам препараты для похудения?
С 12 лет и только при неэффективности изменения образа жизни длительностью не менее года. В России и мире подросткам разрешены лираглутид и орлистат. В исследовании SCALE TEENS лираглутид у подростков 12-17 лет снижал вес в среднем на 2,7 кг против прибавки 2,1 кг на плацебо. Эффект умеренный: препарат не отменяет рацион и активность, он делает их выполнимыми. Назначает врач, препараты рецептурные.
Что делать, если подросток тайком не ест?
Скрытый отказ от еды, еда в комнате, пропавшие продукты, рвота после еды, слабительные или «жиросжигатели», обмороки, выпадение волос, пропавшие на три месяца менструации - любой из этих признаков означает обращение к врачу в течение дней, а не месяцев. Разбираться с рационом в этой ситуации бессмысленно, пока не оценено состояние. Начинать стоит с педиатра и психотерапевта.
Источники
Статья подготовлена в соответствии с действующими клиническими рекомендациями Минздрава РФ по диагностике и лечению ожирения у детей и подростков.
Основано на: клинические рекомендации Минздрава РФ, Российская ассоциация эндокринологов, Американская академия педиатрии, ВОЗ.
- Neumark-Sztainer D., Wall M., Story M., Standish A.R. Dieting and unhealthy weight control behaviors during adolescence: associations with 10-year changes in body mass index (рус. «Диеты и небезопасные способы контроля веса в подростковом возрасте: связь с 10-летними изменениями индекса массы тела»). J Adolesc Health. 2012;50(1):80-86. PMID: 22188838
- Neumark-Sztainer D., Wall M., Guo J., и соавт. Obesity, disordered eating, and eating disorders in a longitudinal study of adolescents: how do dieters fare 5 years later? (рус. «Ожирение, нарушения пищевого поведения и расстройства пищевого поведения в продольном исследовании подростков: что происходит с теми, кто сидел на диете, через 5 лет»). J Am Diet Assoc. 2006;106(4):559-568. PMID: 16567152
- Российская ассоциация эндокринологов, Общество бариатрических хирургов. Клинические рекомендации «Ожирение у детей». ID 229, год утверждения 2024, одобрены Научно-практическим Советом Минздрава России
- Patton G.C., Selzer R., Coffey C., и соавт. Onset of adolescent eating disorders: population based cohort study over 3 years (рус. «Начало расстройств пищевого поведения у подростков: популяционное когортное исследование на протяжении 3 лет»). BMJ. 1999;318(7186):765-768. PMID: 10082698
- Golden N.H., Schneider M., Wood C.; Committee on Nutrition, American Academy of Pediatrics. Preventing Obesity and Eating Disorders in Adolescents (рус. «Профилактика ожирения и расстройств пищевого поведения у подростков»). Pediatrics. 2016;138(3):e20161649. PMID: 27550979
- Epstein L.H., Wilfley D.E., Kilanowski C., и соавт. Family-Based Behavioral Treatment for Childhood Obesity Implemented in Pediatric Primary Care: A Randomized Clinical Trial (рус. «Семейная поведенческая терапия детского ожирения в условиях первичного педиатрического звена: рандомизированное клиническое исследование»). JAMA. 2023;329(22):1947-1956. PMID: 37314275
- Neumark-Sztainer D., Bauer K.W., Friend S., и соавт. Family weight talk and dieting: how much do they matter for body dissatisfaction and disordered eating behaviors in adolescent girls? (рус. «Разговоры о весе и диеты в семье: насколько они значимы для недовольства телом и нарушений пищевого поведения у девочек-подростков»). J Adolesc Health. 2010;47(3):270-276. PMID: 20708566
• Образование: Первый Мед (СПбГМУ им. И. П. Павлова), «лечебное дело», единственный в России факультет спортивной медицины; переподготовка по психиатрии, психотерапии и сомнологии. Аккредитация № 7725 033178655.
• Опыт: более 1000 групповых тренингов по коррекции пищевого поведения и снижению веса в России, Армении, Казахстане и Грузии; как сомнолог помогает наладить сон для эффективного похудения; соавтор онлайн-тренинга по коррекции веса.
• Признание: эксперт федеральных телеканалов (НТВ «Я худею!», Первый, Пятый, Россия-1, СТС), спикер конгрессов по ожирению (IASO, AED, SCOPE), автор научных публикаций.
ВКонтакте: https://vk.com/id7179945
